Локации:
Кв. Селти и Шинры - Мамико 02.04
Парк Запад. Ворота - Маиру 10.04
Кафе "Vanilla sky" - Гин 26.03
Черный дракон - Артур 27.03
Кв. Орихары - Изая 03.04

Эпизоды:
Мариус, Рина - Мариус 06.04
Кельт, Рей, Мамико - Кельт 05.04
Каска, Джин - Каска 05.04
Энн, Бьорн, Айно - Бьорн 04.04
Марк, Энн, Шсноглз - Шсноглз 03.04
Энн, Раа - Раа 02.04
Джин, Има - Има 03.04
Марк, Вард, Энн - Марк 01.04
Оберон, Титания - Титания 01.04
Хоши, Акира - Хоши 10.04
Кида, Изая - Изая 08.04
Рей, Катсу - Рей 05.04
Энн, Оберон - Энн 08.04
Марк, Оберон - Оберон 11.04
Каал, Оберон - Оберон 11.04
Дейв, Златан - Дейв 07.04
Адам, Каска - Каска 10.04
Има, Кида - Кида 08.04
Кельт, Маиру - Кельт 10.04

Альтернатива:
Изая, Хоши - Изая 08.04
Раа, Рина - Раа 05.04
Шизуо, Наоми - Шизуо 06.04
Артур, Каска - Каска 08.04
Вверх страницы
Вниз страницы

Durarara!! Urban Legend

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Durarara!! Urban Legend » Архив незавершённых эпизодов » [2010.04.03] Кишитани Шинра, Орихара Изая


[2010.04.03] Кишитани Шинра, Орихара Изая

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

название: [2010.04.03] Кишитани Шинра, Орихара Изая
название эпизода: Наша совесть принадлежит работодателям.
место: от дома Орихар и далее по обстоятельствам
очередность: Кишитани Шинра, Орихара Изая
краткое описание ситуации: Шинра посетил сестёр Орихары ради очередного осмотра Маиру после полученной травмы, и уже на выходе встретился с их дражайшим братом.

Теги: Orihara Izaya, Kishitani Shinra

+2

2

• Время: 2010.04.03, ближе к вечеру.
• Погода: спокойно и ясно, несколько прохладно в связи с частичным заходом солнца.
• Внешний вид: в целом аккуратный. Носит привычный для работы костюм: светлую рубашку, тёмно-синий аккуратно завязанный галстук, тёмные брюки классического кроя, кожаные туфли. Как и всегда, с собой небольшой кейс с медикаментами, очки и накинутый на плечи белый халат.
• Состояние: несколько устал, но доволен и всё ещё бодр.
• Инвентарь: в карманах халата мобильный телефон и ключи от дома; в руках – небольшой кейс, в котором находится портмоне с заработанными деньгами, медикаменты и документы.

День выдался суетливым.
Нет, ничего необычного в том, что работа подпольного врача требует большой занятности, Шинра не видел. Напротив, частенько бывало и хуже – но покататься по городу доктору сегодня пришлось. Впрочем, Кишитани никогда не принадлежал к тем, кому нравилось жаловаться на свою работу – в конце концов, чем больше клиентов, тем больше денег можно опустить в кошелек. А там уже и распоряжаться ими, как хочется. Признаться, у Шинры давно была пара идей по поводу отличного отпуска для двух любящих друг друга сердец…
Тем более, что сегодня, помимо не очень-то вежливых ребят, которым пришлось несколько «помочь» с лечением, Кишитани посетил и куда более приятную компанию – сестер его друга, Изаи, не так давно пострадавших в результате истории, связанной с похищением одной из них. Маиру, вызывавшая некоторое время назад беспокойство, впрочем, давно пошла на поправку, и сегодняшняя проверка здоровья девочки только подтвердила позитивные прогнозы. Именно поэтому доктор, складывая врачебные принадлежности обратно в чемоданчик и рассказывая сестрам, что делать дальше, находился весьма в приподнятом настроении.
Наконец, попрощавшись с девушками, Шинра оказался у выхода из дома семьи своего друга. Изаи, как и почти всегда, на месте не оказалось. Сложно предугадать, где вообще находится информатор – поле его деятельности охватывало несколько районов Токио, и в таких масштабах ближайшим описанием Орихары было метко данное Шизуо слово «блоха».  Действительно: попробуй найти такую иголку в ворохе огромного мегаполиса, учитывая, что она сверхразумна, сверхпрыгуча, да ещё и колется больно в ответ. Но Изая, как-никак, был одним из лучших друзей Кишитани, несмотря на всю странность их отношений, и поэтому было бы неплохо всё-таки как-нибудь невзначай информатора поймать. И заодно отчитать, что за сёстрами своими контроля не ведёт – за всё то время, в которое Шинра исправно ходил к девушкам, он ни следа братского контроля не увидел. А ведь реабилитация после сотрясения – серьёзная вещь, тут и покой нужен, и деликатный контроль, и вообще масса вещей… В общем, стоя на пороге дома друга, врач поймал себя на мысли, что увидеть Изаю было бы неплохо.
Телефон в ладони врача приветственно моргнул, показывая время.
«Рановато», – мысленно отметил Шинра, вспоминая, во сколько обещала быть дома его возлюбленная. Других вызовов у врача на сегодня не предвиделось, и поэтому можно было со спокойной душой и не торопясь прогуляться в сторону пустой квартиры. Не то, чтобы это грело душу, но…
От размышлений о дальнейших планах действий и разглядывании телефонного экрана Кишитани прервал звук шагов поблизости. Подняв глаза и инстинктивно сделав шаг в сторону, дабы не загромождать вход, доктор вдруг заметил, что перед ним – его давний друг, о котором он и минуты не прошло, как вспоминал.
– А я только думал о том, существуешь ты еще, или это – красивая легенда, – дружелюбно улыбнулся Изае Шинра, опуская телефон обратно в карман. – Как-никак, всё же до дома дошёл?
Дружеские отношения Орихары и Кишитани со стороны могли вызывать некоторые...сомнения. С другой стороны, какие близкие вообще могли быть у таких своеобразных людей, как они? Как гласит, пословица, «даже в дружбе нужно знать меру». И, кажется, обоих эта мера устраивала. Так или иначе, врач действительно был рад встрече.

Отредактировано Kishitani Shinra (02-06-2016 02:29:33)

+2

3

Время: 2010.04.03, ближе к вечеру.
Погода: спокойно и ясно, несколько прохладно в связи с частичным заходом солнца.
Внешний вид: черные прямые джинсы на простом кожаном ремне, чёрный полувер мелкой вязки с V-образным вырезом, удобные кожаные черные ботики. На указательных пальцах два простых массивных металлических кольца.
Состояние: улыбаемся и машем
Инвентарь: телефон, бумажник на металлической цепочке, прикрепленной к джинсам, складной маленький армейский нож.

— Здравствуй, Шинра, — улыбка Изаи, всегда такая обманчиво мягкая, сейчас была вполне искренней. Он знал, когда Шинра должен был заглянуть к сёстрам, и дождался, когда осмотр будет закончен, чтобы переговорить с ним. Конечно же, можно было зайти домой вместе со старым приятелем и поприсутствовать в то самое время, как он будет назначать или, наоборот, отменять лечение. Но это означало бы выслушивать полунемые упрёки от Курури и вопли от Маиру. Последнее, строго говоря, раздражало Изаю сильнее, и даже ей самой не было бы на пользу.
— Что это? Завуалированный укор или мне показалось? — он хмыкнул. Шинра время от времени высказывал своё мнение по поводу того, какую жизнь ведёт Изая. Иногда Изае было даже интересно выслушать это мнение — несомненно, правильное, с точки зрения обычного обывателя. Но Шинра таким обывателем не был. Работая подпольным доктором и влюбившись в безголового дуллахана, он вряд ли мог быть образцом человеческой морали.
Тем не менее, Шинра оставался одним из немногих людей, которые могли сказать об Изаи что-то настоящее. Возможно, именно поэтому он позволял время от времени пожурить себя за какие-то поступки.
— Ты должно быть известно, что мне нет необходимости присутствовать в доме, чтобы знать, как у них дела, — информатор небрежно пожал плечами. — Курури способна позаботиться о своей сестре, их здоровье находится на попечении моего хорошего друга, а за безопасностью первое время приглядывал Кельт. Причин не доверять ему у меня нет. Судя по всему, этот гайджин вполне душевно относиться к понятию долга. В особенности, если отдавать его нужно женщинам и детям.
Он хмыкнул, припоминая европейца, которого Ренджиро нанял, чтобы убить его. Такого поворота, откровенно говоря, Изая не ожидал. Пожалуй, было даже удачно, что Кельт решил не исполнять подобного указания. Информатор не привык к мысли, что кто-то может желать ему смерти. Да время от времени ему вполне реально угрожали, но эти угрозы никогда не доводились до покупки наёмного убийцы.
— Так или иначе, ситуация уже разрешилась. Человек, который нанял похитителей, в тюрьме, и чем реже я буду здесь появляться, тем маловероятней, что подобное повторится снова. По крайней мере, по моей вине, — в том, что вина была полностью и всецело его, можно было даже не сомневаться, но была и другая причина, о которой Шинра, разумеется, знал. Дом Орихары — дом, принадлежащий его семье, дом, в котором жили его сестры, — находился в Икебукуро, а этот район, усилиями ещё одного школьного приятеля, уже давно стал небезопасным для скромной персоны знаменитого информатора.
— Пройдёмся? А ещё лучше, давай зайдём куда-нибудь, — Изая выбрал бы «русские суши», если бы знал наверняка, что сегодня там не будет этого. — Я хотел бы поговорить.

+1

4

– И тебе не болеть, – заулыбался доктор.
Так уж вышло, что школьных друзей Шинра подбирал…с изюминкой. Тем не менее, жаловаться или сетовать на это подпольному врачу не приходилось – в конце концов, именно он первым подошёл к Орихаре, да и спустя столько времени абсолютно жалеть об этом не собирался.
– Ну, почему же сразу завуалированный? – хитро прищурившись, уточнил Шинра. – Может быть, и прямой, а, может, я просто озвучил факт твоего частого отсутствия. Тебе решать, – врач с задумчивым видом пожал плечами, прикидывая, какова вероятность того, что их встреча произошла случайно.
С одной стороны, почему бы и не встретить человека на пороге его собственного дома просто так, но с другой, возможно, Изае могло бы пригодиться увидеть доктора по каким-то личным причинам. В любом случае, общение с Орихарой в некоторой мере можно было назвать приятным, а поэтому Шинра сделал вывод, что ничего катастрофического не случилось – даже наоборот. Спешить было некуда и, в конце концов, Кишитани был рад встрече.
– А ты как всегда – рассыпаешь на меня, безоружного, аргументы, – отмахнулся, наконец, врач, выслушивая монолог Изаи, касающийся его отсутствия в доме сестёр. – Я вовсе не говорю о том, есть или нет у тебя такая необходимость, я просто говорю о том, что было бы неплохо тебя изредка встречать дома.
Шинра не был в настроении читать мораль. Как минимум, потому, что сейчас Изая и сам прекрасно знал, где он поступает не очень-то верно – раз вообще увидел в безобидном приветствии угрозу нотации и заранее выставил блок. Ну, или, по крайней мере, так показалось Кишитани, что вполне могло отличаться от видения ситуации его другом. Однозначно можно было понять только то, что информатор видит свою вину в сложившейся ситуации и старается как можно рациональнее девочкам помочь. О том, что, зачастую лучшая забота о родственниках – личное присутствие, конечно, можно было бы и сказать, но Шинра на время решил оставить это при себе.
– Я боюсь, если ты будешь появляться здесь, то и сам рискуешь попасть под удар, – рассмеялся Кишитани, понимая, что мысли Изаи на момент занял тот же факт. – Хотя я очень сомневаюсь, что дома бы тебя кто-то трогал, если только у этого человека совсем не было бы принципов.
Шинру никогда всерьёз не удивляло, как Орихара умудрялся нажить столько недоброжелателей – в конце концов, и его деятельность, и, более того, его поведение абсолютно точно могли привести к тому, к чему они и приводили. Врач не очень-то удивился бы, расскажи ему кто-нибудь, что Изая попал в больницу из-за проделок кого-то недовольного, да и жаловаться на это другу было нечего – сам виноват. Но ситуации, касающиеся семьи, было абсолютно другим делом. Тот же Шизуо, желающий если не убить, то покалечить информатора, в жизни не тронет его близких, являясь хорошим, в общем-то, человеком. А поэтому история с похищением сестры Изаи казалась абсолютно из ряда вон выходящей и, хотелось бы, единственной в своём роде.
В связи с этим сомнения друга в присутствии дома можно было и разделить, и опровергнуть одновременно. Впрочем, тот постарался как можно быстрее перевести тему на деловой лад.
– Я не против ни того, ни другого, – беззаботно согласился доктор, кивая Орихаре. – Ничего не случилось?

+1

5

Изая бросил на друга угрюмый взгляд. Шинре, очевидно, было бессмысленно объяснять, что частое отсутствие в доме сестёр обусловлено в большей степени тем, что он, Изая, там давным-давно не живёт и присутствовать там, в принципе, не обязан. Шинра, если ему так уж хотелось видеть Изаю, нужно было позвонить, назначить встречу или хотя бы прийти к домой к нему, а не к сёстрам.
Все эти возмущения Изая решительно оставил при себе. В общем-то, он легко понимал Шинру и нередко бывал с ним солидарен. Не в вопросах о том, должен он или не должен бывать у сестёр, и даже не в способах воспитания или ухода за ними же. На самом деле, Изае совершенно не хотелось обсуждать с Шинрой свою семью, затрагивать тему родителей и любые темы, которые касались чего-то личного. Не потому, что Изаю такие разговоры смущали или доставляли какие-то неудобства. Однако когда Изая говорил на такие темы, могло показаться, что он оправдывается. Он уже оправдывался, и это само по себе было странно. Продолжать же это странное занятие было бы уже просто глупо.
Изая слыл своей бессовестностью слишком долго. Настолько долго, что успел поверить в неё. Вдруг обнаружить наличие хотя бы подсознательных внутренних угрызений было странно. Внутренние угрызения его совершенно не устраивали, и Изая намеривался от них избавиться в самый ближайший момент. Самым простым способом было не анализировать собственные поступки или, по крайней мере, не давать им оправдывающие себя объяснения. Самым правильным было просто признать за собой наличие самых бессовестных мотивов. Изая, в общем-то, именно так всегда и поступал.
— Я глубоко сомневаюсь, что он вообще человек, а ты говоришь о каких-то принципах, — язвительно отозвался Изая, который решительно не мог успешно игнорировать даже самое косвенное упоминание о Шизу-тяне. — Помнится, он успешно вваливался к тебе домой с дорожными знаками, металлическими решетками и даже дверьми.
Правда, Шизу-тяну хватило такта не бить Селти, которая в мягкой своей манере уберегала «детей» от ссор. Однако с тех пор прошло много времени, и, насколько Изае это было известно, его сестёр Шизу-тян не трогал не столько из каких-то принципов, будь то «не бить женщин» или «не бить детей», сколько потому что они его не слишком нервировали. Это в которой раз убеждало Изаю в нечеловеческой природе Шизуо. Он успел убедиться, что  его маленькие милые младшие сёстры были способны довести до исступления любого.
Так или иначе, Изая не собирался подвергать экспериментам квартиру своих родителей, в которой до сих пор жили несовершеннолетние девочки. По крайней мере, без лишней на то необходимости.
— Что-то постоянно случается, — неопределённо отозвался он и поманил Шинру за собой. Здесь неподалёку было вполне сносное заведение. Чай там продавался в пакетиках, десерты были сухими, но кофе из кофемашины казалось не хуже того, которое можно было приобрести в автоматах, а главным достоинством были окна. Кафе располагалось на втором этаже и большие от пола до потолка окна, которые не закрывали ни шторы, ни жалюзи, выводили на улицу. Изаи нравилось сидеть за столиком возле колонны и смотреть. Удобное место, где тебя вряд ли кто-то увидит, если не будет намеренно высматривать.
— На самом деле, ничего такого, чтобы имело к тебе прямое отношение, не случилось, — заговорил Изая, уже устроившись за столиком и заказав не слишком вкусный кофе с самым безопасным десертом — упакованным бисквитом, которое в кафе, разумеется, не готовили, а просто закупали для таких вот покупателей. — Я просто хотел с тобой поговорить. Как девочки? — спросил он, имея в виду Маиру и её головную травму.

+1

6

В ответ на угрюмый взгляд Изаи Шинра лишь беззаботно пожал плечами, предпочитая промолчать. Никто не спорит, что действия информатора не лишены логической подоплеки, и корить его в целом – идея с потерянным смыслом. Тем не менее, врач периодически предпринимал попытки, вроде нынешней, высказать своё мнение, которое, Шинра знал, в той или иной измененной манере дойдёт до друга. И этого более, чем хватало. Орихара, со своей противоречивой натурой, мог сам прекрасно разобраться, как поступать правильно.
– А у меня дома нет двух милых девчушек, – легкомысленно отозвался Шинра, легко парируя ответ Изаи. – Да и, если подумать, почти всегда, когда он это делал, была какая-то причина разозлиться. Ты, например.
Кишитани невинно поправил очки, припоминая истории лихого студенчества, плавно переходящие в истории трудовых будней. Да, Шизуо частенько буянил повсюду в Икебукуро – и так как квартира Шинры и Селти находилась в пределах несчастного района, а врач являлся школьным другом Хейваджимы, неудивительно, что блондин периодически оказывался на пороге с останками безвременно почившего дорожного знака в руках. Правда, доктора это если и пугало, то уж слишком кратенько, мимолетно. В конце концов, Шизуо и Селти отлично ладили, а все недоразумения разрешались с минимальными разрушениями. Достаточная плата за то, чтобы понаблюдать за способностями человеческого тела в действии.
Впрочем, разубеждать Изаю в «чудовищной» природе Хейваджимы Шинра не собирался. Во-первых, не послушает, а во-вторых – зачем? Кишитани, в общем-то, особого чувства досады от этих вечных потасовок между его друзьями не испытывал. Как ни крути – а обе стороны были из того типа личностей, которые на попятную не пойдут ни в коем случае. И Шинра даже предполагать не брался, кто из двух его школьных товарищей выглядел наименее твердолобым.
Именно поэтому комментировать что-либо доктор не стал, а просто последовал за Изаей в кафе, явно подмеченное им ранее. Интерьер, как и расположение, на фешенебельный статус заведения не намекали, но и Шинра абсолютно безразлично отнесся к смене обстановки. Однако вечер есть вечер… Интересно, совсем ли отвратителен здесь кофе?
Подметив заказ Изаи, доктор малодушно приобрел тот же самый комплект, не вдаваясь в особые тонкости местного меню, и внимательно выслушал друга.
– У девочек всё ожидаемо неплохо, – кивнул врач, машинально поправляя очки. – Я пытался донести до них важность ограничения физической активности и постельного режима, но без присмотра не уверен, что всё выполняется должным образом. Прошло не так много времени, а Маиру уже рвется на свои занятия боевыми искусствами, и это меня немного беспокоит. Если ты сможешь повлиять на это, было бы неплохо.
Шинра вздохнул, припоминая, как уверенно девочка храбрилась еще в сам день похищения, как хотела пойти на помощь сестре, после этого ощущая ещё большую слабость. Как бы подобная карта не повторилась, «выпиши» доктор Маиру на словах.
– Но, как я и говорил, всё неплохо. У Маиру, по ее словам, значительно меньше болит голова, и это похоже на правду. Я проверял светочувствительность и чувствительность к звукам, и действительно видно, что твоя сестра идет на поправку. Хотя налицо признаки слабости, и расслабляться ещё, на самом деле, рано.

Отредактировано Kishitani Shinra (11-08-2016 00:17:07)

+1

7

— Значит, ты признаёшь, что твоё безголовое помешательство не девушка? — с вежливой улыбкой спросил Изая. «Девчулей» Селти, разумеется, назвать было нельзя, однако, согласно внешним гендерным различиям она принадлежала к женскому полу и к «девчули» была ближе, чем, например, Шинра. — Кстати, каким термином можно было бы назвать вашу форму отношений: монстрофилия?
Как правило, Изая не комментировал личную жизнь своего друга, хотя и находил её просто удивительно странной. Он посвятил себя увлечённому исследованию человечества, в то самое время, как Шинру человечество не интересовало ни в общем смысле этого слова, ни в частности. Это, на взгляд Изаи, было по-настоящему ненормальным.
— Так или иначе, я не думаю, что Шизу-тяна остановит парочка девчуль. — Ему было хорошо известно, что Шизуо как таковых принципов не придерживался, в том смысле, что ему никогда не было особого дела до того, являлся ли собеседник здоровым мужчиной, стариком, ребёнком или девушкой. У него был только один критерий, по которому он решал, ударить человека или нет. Этот критерий — раздражение. И да, Изая мог гордиться — он умел раздражать Шизу-тяна лучше всех.
— Он не имеет ничего против моих сестёр, а они не станут вмешиваться, если он попытается меня убить. Тем не менее, я не хотел бы, чтобы он разгромил квартиру, — произнёс Изая равнодушным тоном человека, который не боялся умереть. На самом деле, он, скорее, не слишком верил в собственную смерть. Конечно, Изая давно размышлял на эту тему и даже нашёл, как ему казалось, способ избежать больших последствий и после смерти, но на деле умирать ему совсем не хотелось.
— Вряд ли я смогу как-то на них повлиять. Они уже вышли из того возраста, когда я был для них героем, и относятся ко мне с некоторым пренебрежением, — Изая вздохнул. — Боюсь, если я скажу Маиру придерживаться какого-то конкретного режима, она сделает с точностью наоборот. Или выставит мне целый список условий, — ему даже стало интересно, какого рода могут быть эти условия. — Может, имеет смысл провести какие-то анализы или что-то в этом роде? Со мной в её возрасте чего только не случалось, но это не значит, что ей стоит пережить то же самое. Я не хотел бы, чтобы через какое-то время у неё проявились нежелательные последствия или чтобы она пошла по моему пути. Наоборот, мне кажется, для них было бы лучше жить нормальной жизнью.
«По крайней мере, насколько это возможно», — хмыкнул про себя Изая. Это был тот самый случай, когда он сам не слишком верил в свои слова.

Отредактировано Orihara Izaya (02-09-2016 08:19:02)

+1

8

Шинра устало вздохнул и посмотрел на друга, слабо улыбаясь. Конечно, Изая не мог без «дружеских» шуток, от которых у многих кровь начинала закипать от желания ответить тем же. Но Кишитани был не из таких – не то, чтобы ему вообще было важно, что о нём думают люди. Да и юмор Орихары не всегда являлся попыткой задеть, тем более, что и сам информатор прекрасно знал, что реакция врача отличится агрессией.
– Ну-у, она уж точно не «две девчушки», знаешь ли, – рассмеялся, наконец, Шинра. – Хотя после твоих слов подумал: если бы Селти вдруг раздвоилась у меня перед глазами, я, может, был бы счастлив. В два раза больше любимой!
Кишитани на пару секунд даже позволил себе представить эту картину: две чудесные, красивые и самые лучшие Даллахан вместо одной. Мысли эти неизменно замыкала быстрая смерть от абсолютного счастья, а поэтому доктор решил, что его полностью устраивает нынешнее положение вещей.
– Будто есть что-то плохое в том, что она – не человек, – без тени обиды пожал плечами Шинра.  Он уж точно не принадлежал к людям, способным дуться на факты. – Тем не менее, она девушка, и для меня – самая лучшая. Но ты это всё уже слышал.
Врач мог вечно разговаривать о своей возлюбленной, особенно, когда время позволяло. Только вот Изая, как лучший друг, в принципе не мог узнать из этих бесед ничего нового. С другой стороны, Кишитани было даже приятно иногда вот так поделиться с кем-нибудь, зная, правда, что слова его особой реакции вызвать не могут.
Но стоило вернуться к делу.
О Шизуо Изая всегда говорил критически. Возможно, видел в нём то, чего никогда не замечал Шинра, а возможно – наоборот. В конце концов, Кишитани никак не мог понять, почему Орихара, зовя врага «монстром», всегда демонстративно подчеркивает свою к этому неприязнь. Может, друг, культивируя в себе равную любовь к людям, не нашёл в Грозе Икебукуро что-то, способное её создать и решил бросить все силы на то, чтобы в своих глазах убрать связь между понятиями «Шизуо» и «человек»?
– Квартиру, конечно же, стоит поберечь, – развел руками Шинра, не желая продолжать спор. В конце концов, обе стороны являлись его друзьями и, пусть Шизуо и был несколько несдержанным, опасности в нём, в отличие от Изаи, врач никогда не видел.
– Насчёт анализов, раз уж мы уже выяснили, что это именно сотрясение, а не ушиб мозга, то я бы не беспокоился лишний раз. Можно, разве что, ещё раз провести рентгенографию черепа, чтобы проверить, как протекает лечение. В целом же сотрясение мозга – это не тот тип болезни, который можно закидать анализами и заглотать таблетками. Здесь важно, как я уже говорил, соблюдать режим сна и питания, пить витамины, лекарства… – доктор достал из кейса ежедневник и, выдернув лист, написал на нём названия средств, которые уже оставлял девочкам. – Если хочешь проверить, идёт ли лечение правильно, но настаивать на режиме не можешь – зайди и проверь наличие всего этого в аптечке.
Шинра протянул Изае список, не особенно надеясь, что тот согласится на проверку.
– А что насчёт пути… С тобой всё это случалось из-за твоего характера, а у Маиру – своя история. Она, конечно, девочка любопытная, и я понимаю, почему ты хочешь оградить её от всего этого. Хотелось бы, чтобы они выбрали мирную жизнь.

+1

9

— Ты — больной, — с беззлобной улыбкой произнёс Изая. Им как раз принесли заказ, и информатор мог всецело насладиться видом своего друга-доктора вместо того, чтобы поддерживать видимость беседы.
Изая не всегда было легко с Шинрой. Всё потому, что Шинра был его другом — одним из немногих важных лично Изаи людей. Такие люди выбивали его из колеи. Из видимости идеальной жизни. Однако отказываться от них полностью Изая не собирался. Если он откажется от них полностью, то потеряет связь с реальностью, перестанет быть обычным человеком, возможно, перестанет быть человеком вовсе. По крайней мере, в том понимании «человека», которое было близко Изаи.
Информатор склонил голову набок, шурша обёрткой бисквита. Кофе издавал слишком сладкий и нездоровый аромат, но его можно пить, а бисквит — есть. Не слишком вкусно и даже не слишком питательно, но не так, чтобы откровенно отвратительно. Для большинства людей в Токио — это вполне обычный десерт. Просто Изая любил полноценную пищу, пищу, в приготовлении которой в большей степени участвовали люди, а не машины.
— Нет, это неплохо, — согласился он. — Нет ничего плохого в том, что ты любишь девушку-монстра. Это определённо странно, но неплохо, — Изая не раз пытался понять эту привязанность и не понимал, но никогда не думал о том, как разрушить её. Более того, он даже особо не вмешивался в их жизнь, что было высшей степенью уважения от информатора.
— На самом деле, мне всегда было интересно, что ты будешь делать, если эта «девушка-не-человек» найдёт свою голову? — он с любопытством глянул на друга из-под своей кружки. Кружка, кстати, была, по крайней мере, чистой. Посудомоечные машины отлично справлялись с любой грязью.
Изая протянул руку и взял листок бумаги, пробежавшись по списку глазами. На самом деле, он в любом случае планировал навестить своих сестёр, и никакой проблемы не было в том, чтобы попробовать убедить их лучше следовать рекомендациям врача.
«Однако, я всё равно не верю в эффективность данной попытки», — мысленно отметил информатор, аккуратно складывая листок бумаги и убирая в карман.
— Да, тут я с тобой полностью согласен. Для их счастья было бы лучше, чтобы они выбрали мирную жизнь. Ты знаешь, я не самый лучший старший брат, но я для них хотел бы именно этого — простого человеческого счастья. Я бы даже подтолкнул их к этому, — Изая часто повторял, что никогда не жалел о своём выборе, но, тем не менее, этот выбор был довольно непростым и имел свои не всегда приятные последствия.

+1

10

– Здоровых не бывает. Это я тебе как врач говорю, – легкомысленно парировал Шинра, с энтузиазмом схватившись пальцами за принесённую кружку кофе и получая приятное тепло. На улице, всё-таки, было прохладно, но врач заметил это только тогда, когда вошёл в помещение. По крайней мере, от напитка дымилась небольшая струйка пара, и это подсознательно вызывало улыбку.
Как ни посмотри, а Изая был удивительным человеком. Интересным. Ещё в школе, приглашая будущего информатора в кружок биологии, Шинра предполагал и видел нечто интригующее в однокласснике. Как показывает опыт, Кишитани редко ошибался в людях и, что очевидно, общался с Орихарой не из-за привязанности, острой необходимости или удобства дружбы – а по другой, одному ему ведомой, причине.
Изая же почти увлеченно шуршал упаковкой от бисквита, с головой выдавай своё не настроенное на активное общение состояние. Правда, Шинра и сам являлся не лучшим собеседником, способным иногда болтать с людьми до потери ими всяческого желания участвовать в разговоре. С информатором было проще: тот умел быть неплохим слушателем, а вот говорить мог либо безобидные гадости, либо по делу. И не сказать, чтобы подпольного врача такая манера вести беседу напрягала. 
– Любовь не может быть плохой по определению, так? – улыбнулся Кишитани, всё же раскрыв и свой бисквит. – Она делает нас теми, кем мы являемся, поэтому было бы глупо отрицать, что это «неплохо».
Сделав глоток из чашки, Шинра выслушал заданный Изаей вопрос и вздохнул, всё ещё не скрывая улыбки. Орихара всегда любил спрашивать неудобное, переносить собеседников в рамки стрессовых ситуаций, а затем наблюдать, как они отреагируют. Хотя сейчас это могло быть обыкновенное любопытство – доктор не мог предположить однозначно.
– Ты, как всегда, умеешь задавать вопросы, – рассмеявшись, ответил Кишитани, покачав чашкой в руке. – А что я могу сделать? Бороться за свою любовь, конечно же.
Доктор пожал плечами, как бы подтверждая, что его слова являлись сами собой разумеющимися.
– К тому же, я понимаю, что она хочет найти голову, исходя из соображений собственной безопасности. Если отдать голову, например, отцу, то мы можем быть уверены, что всё будет в порядке. Но если что-то пойдёт не так – у меня всегда есть пара безумных планов. Всё во имя безопасности Селти и нашей с ней любви, конечно же.
Шинра решительно приподнял голову, пытаясь понять, устроил друга такой ответ или же нет. Свет забавно отразился на линзах, и Кишитани буквально сверкнул очками.
– Ты не самый лучший кто угодно, кроме информатора в Токио, – намного спокойнее пожал плечами доктор, дождавшись, пока Изая изучит запись. – Но ты всё равно заботишься о них по-своему, думаю, девочки это видят. Да и мало что бывает абсолютным.
Орихара нечасто говорил то, что думает. Но в данный момент Шинра был склонен верить другу, потому что скрывать реальные эмоции в этой беседе ему не было смысла.
– Кстати, о мирной жизни, чуть не забыл тебе сказать: Курури уже несколько раз пыталась взять с меня обещание научить её первой медицинской помощи. Что на этот счет думаешь?

+1

11

— Ты внезапно решил сменить квалификацию и стать психиатром? — насмешливо поинтересовался Изая. Он даже хотел добавить, что в таком случае, Шинре стоит уделить внимание своему отцу, но не стал. Кишитани Шинген был своеобразным, но довольно интересным человеком. Насколько Изая мог судить, у трио странных друзей (если, конечно, Изаю и Шизу-тяна при каком-то приближении можно считать друзьями), Шинра единственный мог пожаловаться, что его испортили родители.

— Верно, — согласился Изая. Как был согласен с тем, что ради любви можно идти на любые меры. Именно это, по сути, развязывало ему руки в его фанатичной любви к людям. Именно поэтому он немного понимал Шинру. Да, любовь к девушке-монстру казалась ему странной, но то, на что Шинра готов был пойти ради неё, полностью понятным.
Изая рассмеялся.
— Пара безумных планов — это определённо хорошая формулировка, — заявил он и посерьёзнел, задумчиво покачивая кофе в своей кружке. Голова Селти Стурлусон была у него. Отец Шинры, возможно, не знал об этом, но догадывался с той уверенность, которая вполне могла заменить ему знание. Тем не менее, он не только не сообщил это сыну, но и с интересом ждал результата того эксперимента, который планировал провести Изая.
Если Шинра полагал, что у папы голова была бы в безопасности, то он явно недооценивал его безумство. Но была ли она в большей безопасности у Изаи?
Изая вполне искренне полагал, что да. Он допускал, что, если поставить цель навредить голове, то можно навредить и Селти Стурлусон, но вредить голове не собирался. Он собирался с её помощью добыть себе билет в то загробное место, где ему не будет больно за то, как он жил. Умирать Изая пока тоже не торопился, но эксперимент по пробуждения был ему нужен.
Вопрос, как подобный эксперимент может повлиять на Селти, чаще всего его не волновал, но, размышляя об этом, он полагал, что никак. Селти не чувствовала голову, даже находясь с ней на расстоянии в несколько шагов. Вряд ли голова, даже пробужденная, сможет как-то повлиять на Селти, если та, конечно, не приблизится к ней.

— Ты знаешь, — заговорил информатор, — Селти Стурлусон — одна из самых нормальных девушек, которых я встречал. Чистая личность. В меру проницательная, но предпочитающая не лезть ни в своё дело. Достаточно исполнительная, но со своим кодексом. С высокими моральными принципами, которые, впрочем, не заставляют её спасать весь мир. При её силе она могла бы стать супер-героем, но почему-то посвятила жизнь странному мальчишке, — эта мысль пришла ему в голову только что, но позабавила. Он, в действительности, редко размышлял о Селти Стурлусон, самым примечательным в которой было отсутствие головы.
— Как думаешь, какова вероятность того, что, вернув себе голову, даже временно, Селти Стурлусон вернёт и память, и личность. И что станет с её нынешней личностью? Раз мы заговорили о психологии, полагаю, это интересный вопрос.

У него, тем временем, появилась возможность обдумать свой ответ на вопрос Шинры. Очень мило с его стороны сообщить о просьбе Курури. И хорошо, что он сообщил о ней не спустя пару лет. Впрочем, Изая в любом случае не был намерен препятствовать тяги Курури. В конце концов, это не самое опасное увлечение.
— Это вполне соответствует её роли в их дуэте, — произнёс он, задумчиво склонив голову набок. — Откровенно говоря, я не думаю, что нужно ей мешать. Возможно, не все девушки интересуются чем-то подобным, но будет неплохо, если медицина увлечёт её. Профессия, в конце концов, престижная, — он хмыкнул, глядя на Шинру. — Я понимаю, что её интерес обусловлен не желанием в будущем заниматься медициной, а сиюминутным порывом. Тем не менее, неплохо, если она сможет наложить шину или перебинтовать голову. Только сходу не учи её препарировать людей или делать пластические операции. Хорошо? — он насмешливо хмыкнул, но шутил только наполовину.

+1


Вы здесь » Durarara!! Urban Legend » Архив незавершённых эпизодов » [2010.04.03] Кишитани Шинра, Орихара Изая